Рубрика: Теоретическая, прикладная и сравнительно-сопоставительная лингвистика
УДК 81.22
ОБ АДЕКВАТНОСТИ ПЕРЕВОДА КИТАЙСКИХ РЕАЛИЙ НА РУССКИЙ ЯЗЫК (НА МАТЕРИАЛЕ ПРОИЗВЕДЕНИЙ ФЭН ЦЗИЦАЯ) 
М.В. Корниюк
Бакалавр
В.И. Молодых
канд. филол. наук, доцент кафедры МКП
Владивостокский государственный университет экономики и сервиса
г. Владивосток. Россия
Данная статья посвящена особенностям перевода китайских реалий, выбранных из текста повести «Волшебный кнут» известного китайского писателя Фэн Цзицая. Предствавленный материал может быть использован для совершенствования навыков художественного перевода с китайского языка на русский, помогает лучше узнать культуру страны изучаемого языка.
Ключевые слова и словосочетания: китайский язык, реалия, языковая адаптация, безэквивалентная лексика, культурема, ментальность.
TRANSLATION FEATURES OF CHINESE REALIA IN FICTION (ON THE BASE OF FICTION STORIES BY FENG JICAI)
This article is devoted to the translation features of Chinese realia chosen from novel “The Miraculous Pigtail” of famous Chinese writer Feng Jicai. The presented material can be used for improving the skills of fiction translation from the Chinese to the Russian helps to get more acquainted with the culture of the country of studied language. 
Keywords: Chinese language, linguistic realia, language equivalent, non-equivalent vocabulary, culturema, mentality.

Актуальность данной статьи связана с увеличением контактов на разных уровнях между Китаем и Россией, в связи с чем возникает потребность в качественных переводах художественных текстов с китайского на русский язык для того, чтобы накопить достаточные фоновые знания для адекватного понимания особенностей китайской ментальности.
Цель статьи заключается в том, чтобы представить значимость релевантного способа перевода языковых реалий с китайского языка на русский, на примере анализа китайской прозы за авторством Фэн Цзицая.
В современной лингвистике есть несколько проблем, которые, несмотря на долгую историю существования этой науки, до сих пор остаются актуальными. Одна из них проблема изучения, классификации языковых реалий — то есть, слов или словосочетаний, передающих временной или местный колорит определённого народа или государства — как класса безэквивалентной лексики и поиска способов, которые обеспечили бы высокую адекватность перевода реалий, особенно в художественных текстах. В определённом смысле реалии переводу не поддаются, поэтому переводчики сталкиваются со множеством трудностей при их передаче на другой язык. Данная проблема особенно актуальна сейчас, потому что процесс глобализации вынуждает международное общение приобретать другие формы, а вопрос национальной самобытности разных культур в целом и языков в частности становится более важным. Изучение языковых реалий играет важную роль в лингвистике и в понимании культуры другого народа, они интересуют многих учёных-лингвистов во всём мире. 
Реалии (лакуны, безэквивалентная лексика) и перевод их с одного языка на другой - сложная актуальная проблема. Они всегда представляют особую трудность в процессе перевода, тем более с восточного языка (китайского) на родной русский. Само слово «реалия» происходит от латинского слова realia, realis,-e  -  «вещественный»,  «реальный». Этим словом в китайской культуре обозначают материально, духовно существующие предметы или явления, тесно связанные с особой языковой картиной мира китайцев и их национальным менталитетом.
Как национально-языковые средства художественного выражения, реалии представляют собой языковые единицы (слова, устойчивые выражения, фразеологизмы, пословицы, поговорки и др.), которыми в одинаковой степени пользуются как китайские поэты, писатели – авторы оригинальных художественных произведений, так и переводчики. По мнению С.Влахова и С. Флорина, в художественной литературе чаще всего встречаются лексические единицы, которые по характеру можно отнести к «лакунам», «безэквивалентной лексике», «экзотической лексике», «варваризмам», «локализмам», «этнографизмам», «алиенизмам», «фоновым словам». [1]
В.Г.Гак считает реалии важной составляющей «пространства культуры», которое включает в себя как материальную, так и духовную культуру, и может рассматриваться как совокупность определенных признаков (культурем).  Реалия и культурема тесно связаны между собой, но не тождественны друг другу. Если под реалией понимаются все явления и предметы объективной действительности, относящиеся к культуре, то культурема – это культурный знак, отражающий и обозначающий определенную реалию в своем языковом воплощении. [2]
	К проблеме перевода языковых реалий не единожды обращались самые разные учёные, лингвисты и исследователи, их изучали, например, С. Влахов и С. Флорин, которые дали самую полную классификацию на данный момент.  Также классификацией занимались Г.Д. Томахин. А. О. Иванов, Г. В. Чернов и многие другие. Они изучали проблему классификации языковых реалий и их перевода на другие языки как с теоретической, так и с практической точки зрения. [1], [3], [4], [5]
Вопрос об особенностях перевода языковых реалий с китайского на русский является малоизученным в лингвистике, научных работ, посвящённых исследования приёмов перевода реалий в настоящее время не так много, большей частью они посвящены реалиям в английском или в других европейских языках, тогда как реалиям китайского языка уделяется очень мало внимания. Вероятно, это связано с тем, что языковые реалии, как правило, встречаются в художественных текстах, а художественный китайско-русский перевод пользуется куда меньшей популярностью, нежели научно-технический, медицинский или юридический. Тем не менее, роль языковых реалий в процессе межкультурной коммуникации очень важна, и изучение приёмов их перевода представляет большой интерес и с лингвистической, и с культурологической точки зрения. 
В качестве работы для исследования использовался оригинальный текст произведений Фэн Цзицая «Волшебный кнут» и его перевод, выполненный В. В. Малявиным. Настоящая работа является продолжением аналогичного исследования, опубликованного в прошлом году. Но в настоящей статье мы решили сделать акцент на реалиях, которые можно отнести к категории «ментальности», так как материал, который мы анализировали, изобиловал реалиями именно этой группы. [6]
Фэн Цзицай – признанный мастер китайской литературы. В 1978 году в соавторстве с историком Ли Динсинем опубликовал исторический роман «Кулак во имя справедливости». Позднее один за другим появлялись его рассказы, повести и романы, получавшие у читателя и критики всеобщее признание. Среди них рассказ «Резная трубка» (отмечен премией как лучший рассказ 1979 г.), повесть «Крик» (отмечена премией как лучшая повесть 1977-1980 гг.). Среди его многочисленных произведений всеобщее признание получили повесть «Волшебная плеть» и рассказ «Высокая женщина и её муж-коротышка».
В связи с тем, что взаимодействие в современном мире становится очень сложным, важно научиться настолько тонко понимать чужую культуру, чтобы иметь возможность максимально выгодно использовать преимущества общения для блага своей страны. Этого невозможно достичь, не понимая тонкостей менталитета чужой культуры.
Чтобы правильно оперировать термином «ментальность», необходимо дать его определение. Ниже мы приведём несколько определений, раскрывающих это понятие. Следует отметить, что одним из первых кто это сделал был выдающийся русский историк, востоковед, этнограф и философ Лев Николаевич Гумилёв. Согласно его словам ментальность – это: «особенности психического склада и мировоззрения людей, входящих в ту или иную этническую целостность. Ментальность предстает перед нами в виде иерархии идей, воззрений, представлений о мире, оценок, вкусов, культурных канонов, способов выражения мысли, являясь существеннейшей частью этнической традиции. Формируется ментальность в ходе этногенеза (в том числе под влиянием этнических контактов). С повышением ранга рассматриваемой этнической системы ментальность проявляется все более ярко: если на уровне консорции (конвиксии) ее специфика не всегда заметна, то в суперэтнической целостности она выступает на первый план. Более того, в суперэтносе, где наблюдается разнообразие стереотипов поведения, ментальность является основным консолидирующим фактором». Другое определение гласит: «ментальность - образ мышления, общая духовная настроенность человека, группы. М. является более широким и вместе с тем менее ясным понятием, чем стиль мышления, характеризующий лишь интеллектуальную предрасположенность к определенным умственным действиям». [7], [8]
Если говорить о теоретической базе исследования, то она осталась прежней – в неё вошли труды С. Влахова, С. Флорина, В.Н. Комиссарова, Г.Д. Томахина и других, которые были посвящены изучению и описанию языковых реалий, способам их классификации, особенностям их употребления и перевода. Приоритет отбора реалий в исследуемых текстах был отдан классификации, предложенной В.С. Виноградовым. Однако, мы расширили и дополнили её. Как и при работе с прошлогодним материалом, текст переводился пословно и сопоставлялся с русским переводом. Этот метод работы также позволил выявить ряд неточностей при переводе, которые могут формировать у читателя неправильные образы. В данной работе наряду с реалиями будут также рассматриваться подобные случаи и наши варианты перевода. [9], [10]
Система классификации реалий, по большей части, осталась неизменной за исключением сформированной нами категории «ментальности»:
1.	Бытовые реалии. Это в основном различные предметы и понятия в повседневной жизни людей, такие как предметы быта, одежда, еда, праздники, единицы измерения и другое.
2.	Мифологические реалии. Этот тип реалии в основном связан с изображениями героев и существ в народных мифах и легендах.
3.	Реалии окружающего мира. Животные, растения и ландшафты в природе относятся к этой категории реалии.
4.	Четвертая категория - реалии государственного устройства и системы социальной жизни. Названия национальных учреждений и воинские звания попадают в эту категорию.
5.	 «Ассоциативные реалии» и аллюзии. В языке каждой нации есть некоторые символические понятия, которые могут напоминать людям определенные исторические и культурные особенности этой страны. Например, береза — это символ России, а панда - символ Китая. Аллюзии в языке также относятся к ассоциативным реалиям. К ним относятся фразеологизмы, пословицы и поговорки и крылатые выражения.
6.	«Свои реалии» и «чужие реалии». Свои реалии включают в себя слова-реалии своей нации, своего города или села, а чужие реалии относятся к заимствованным словам или транскрибированным словам с других языков.
7. 	«Реалии категории «ментальность»». К данной категории относятся лексические единицы, позволяющие оценить отличия в области мировоззрения, философии, менталитета, психологии какого-либо конкретного этноса.
Новый материал позволил дополнить уже существующую таблицу следующими единицами:

Бытовые реалии	Единицы измерения		
	Деньги	一吊 - связка	
	Мебель	绣花垫子的靠椅–кресло с вышитой подкладкой	
	Транспорт		
	Еда	黄酱–соевый соус;
蒸食–паровые пампушки;
杨村糕干–лепёшки из рисовой муки и сахара;
凉粉 – лянфэнь (холодная закуска из желатинообразной вермишели из бобового крахмала);
豆腐 - тофу	
	Посуда	坛子–пузатый горшок с узким горлышком	
	Одежда	细羊皮靴–сапоги из тонкой бараньей кожи;
洋绸肥腿裤–свободные брюки с широкими штанинами из иностранного шёлка;
马褂–куртка для верховой езды;
坎肩–жилет, безрукавка;
开裆裤–детские штаны с разрезом сзади, кайданку	
	Причёски	头上梳着苏州橛儿- волосы, зачёсанные по сучжоуской моде;
纯银的九连环簪子–серебряная девятизвеньевая шпилька для волос	
	Инструменты	杆秤–китайский безмен (коромысловые весы)	
	Профессии		
	Музыкальные инструменты	单皮鼓–даньпигу, односторонний барабан;
唢呐–сона (зурна), «китайский кларнет»	
	Предметы искусства	翠戒指–перстень с изумрудом	
Реалии речевого этикета	Грубые выражения		
	Прозвища	玻璃花–Стеклянный Цветок;
死崔–Смертник Цуй;
傻旦–Дурной малый;
狗剩儿–Собачьи объедки;
大臭–Большая вонючка	
	Экзонимы	卫嘴子–тяньцзиньская морда;
京油子–столичный болтун (столичный франт/пройдоха)	
Мифологические реалии	Мифологические персонажи	邪魔妖怪- нечистая сила;
阎王爷–Янь Ван (владыка ада);
生死簿–книга жизни и смерти, принадлежит Янь Вану;
吕祖–патриарх Люй Дунбинь (один из восьми бессмертных в даосском пантеоне, изображается с магическим мечом, покровитель литературы и парикмахеров);
海神娘娘–богиня моря;
西王母 - (китайская богиня, одна из наиболее почитаемых в даосском пантеоне)	
	Ритуалы	烧香–жечь благовония, ладан;
小辫儿–обряд принятия в религию (буддизм)	
Реалии окружающего мира	Растения		
	Животные		
Реалии государственного устройства и общественной жизни	Административное деление	县 - уезд	
	Должности 	头品顶戴–люди высшего ранга;
县捕–уездный начальник	
Ассоциативные реалии		春风得意–весенний ветер приносит удачу	
Чужие реалии, ставшие своими для китайцев			
Реалии категории «ментальность»		金银财宝–несметные богатства (золото + серебро + деньги + драгоценныекамни);
五方杂处–большое скопление людей (5 сторон + жить смешанно);
小百姓–простолюдины (маленький + 100 фамилий);
万人空巷–народ высыпал на улицу (10000 человек покинуло свои жилища);
三界–три мира (небо, земля, люди);
四生–четыре вида живых существ по месту и форме рождения (утробородные, яйцеродные, влагородные и явившиеся из ничего, как в начале мира);
六道–шесть кругов перевоплощений (круги ада, голодных духов, животных, асуров, человеческий и небесный);
十方–десять сторон (восемь главных румбов компаса, зенит и надир);
有头有脸–почтенный, уважаемый (иметь лицо + иметь голову);
如花似玉–прекрасная, изумительная (о внешности девушки) (подобный цветку и яшме);
眼珠子–глазное яблоко (глазная жемчужина);
花丛  - бордель (букет красавиц);
成百上千–очень много (сотни и тысячи);
二话不说–не сказав и слова (не сказать и двух слов);
人高马大–рослый и крупный (человек + высокий + лошадь + крупный);
运气/霉气–удача (движущийся воздух), невезение (затхлый воздух);
方面大耳–благообразная внешность (квадратное лицо и большие уши);
东西南北–куда глаза глядят (восток + запад + юг + север);
土鳖–деревенщина (земля + дальневосточная черепаха);
软硬不吃–упрямый (не есть ни мягкого, ни твёрдого);
纹丝儿–немного, чуть-чуть (тонкая шёлковая ниточка)	

В процессе работы над текстами, сопоставляя китайский и русский варианты, удалось обнаружить некоторые неточности или ошибки перевода, которые искажают смысл оригинального текста или неправильно формируют образ среды/героя у читателя. Приведём несколько примеров – первый вариант перевода принадлежит В.В. Малявину, второй был сделан мной в процессе работы над материалом.
1.	坛子(tánzi) – «Пресс для выжимания сои» - «Пузатые горшки с узким горлышком». Если вести речь о «прессе», то совершенно логично, что у читателя перед глазами возникнет некий станок, позволяющий производить выжимку из чего-либо. Данный перевод абсолютно не вписывается в контекст описания сцены.
2.	头品顶戴(tóupǐndǐngdài) – «Те, кто скопили деньжат» - «Люди высшего ранга». Структура данного иероглифического сочетания подразумевает людей высшего ранга, имеющих право облачаться в определённое одеяние, говорящее об их статусе, а именно в высокую с навершием в виде шарика. Такие головные уборы имели право носить люди, заслужившие почтение, но никак не выскочки, сколотившие наспех денег.
3.	绣花垫子的靠椅(xiùhuādiànzidekàoyǐ) – «Стул» - «Кресло с вышитой подкладкой». Текст всегда создаёт ассоциации у читателя. Употребление слова «стул» сформирует картину классического стула в понимании европейского читателя, полностью разрушив, в данном случае, колорит сцены. На наш взгляд, в данном случае уместнее применить описательный перевод.
4.	细羊皮靴(xìyángpíxuē) – «Туфельки» - «Сапоги из тонкой бараньей кожи». В данном случае тоже происходит разрушение образа. «Туфельки» предполагают изящную, лёгкую обувь, украшающую ногу. «Сапоги» в данном случае придадут образу азиатский вид, что позволит сохранить колорит.
5.	镪水(qiāngshuǐ) – «Волшебная вода» - «Кислота». Прочитав о «волшебной воде», читатель может решить, что речь идёт о каком-нибудь чудодейственном составе, а фактически речь идёт о серной кислоте – сильнодействующем веществе, при попадании которого на кожные покровы возникают сильнейшие ожоги. Персонаж хотел именно плеснуть в лицо кислотой. Благостная картинка сразу же рушится.
6.	豆腐(dòufu) – «Соя» - «Тофу». В данном случае происходит замена функциональным аналогом, который, к тому же, неверен. Тофу – это продукт переработки сои, «соевый сыр», готовый к непосредственному употреблению. Соя, как правило, в сыром виде в пищу не употребляется.

	Успешное (адекватное) выполнение художественного перевода с китайского языка на русский предполагает всестороннее знание китайской истории, культуры, литературы, обычаев и нравов, этнопсихологии китайцев, т.е. иными словами, успех перевода зависит от уровня знания переводчиком реалий в языке-оригинале, а также мастерства перевода культурем как знаков.
       Таким образом, адекватный перевод китайских реалий на русский язык является важной составляющей общей задачи художественного перевода китайской художественной литературы. Перед переводчиком стоит весьма трудная задача – передать потенциальными средствами родного языка суть образов и специфики национальной картины китайской культуры. Хотя в этом отношении уже и существуют устоявшиеся традиции и школы, имена авторитетных переводчиков, тем не менее, творческий характер процесса перевода, как мы пытались показать, иногда требует новых поисков и новых путей к истине переводческих решений.

______________________________________

1.	Влахов С. Непереводимое в переводе / С. Влахов, С. Флорин – М., 1986. – 350 с.
2.	Гак В.Г. Языковые преобразования. С.142/ В.Г.Гак. – М.:  Языки русской культуры. 1998. – 768 с.
3.	Томахин Г. Д. Реалии-американизмы. Пособие по страноведению: Учеб. пособие для ин-тов и фак. иностр. яз. / Г. Д. Томахин. – М.: Высш. шк., 1988. – 239 с. 
4.	Иванов А. О. Безэквивалентная лексика: Учебное пособие / А.О. Иванов. – СПб.: Издательство СПб. Ун-та, 2006. – 192 с.
5.	Чернов Г. В. К вопросу о передачи безэквивалентной лексики при переводе советской публицистики на английский язык / Г.В. Чернов. – М., 1958. – С. 223.
6.	Фэн Цзицай: Повести и рассказы – М.: Радуга, 1987 г.
7.	Гумилёв Л.Н. «Этносфера: история и история природы» - М.: Экопрос, 1993 г.
8.	Философия: Энциклопедический словарь, - М.: Гардарики. Под редакцией А.А. Ивина
9.	Виноградов В. С. Лексические вопросы перевода художественной прозы. / В. С. Виноградов. – М.: Издательство Московского университета, 1978. – 172 с.
10.	Комиссаров В. Н. Общая теория перевода. Проблемы переводоведения в освещении зарубежных учёных. Учебное пособие. / В. Н. Комиссаров. – М.: ЧеРо, 1999